Парламентские выборы в НКР: итоги и перспективы

Ашот Мелян

Интерес практически к любым выборам на постсоветском пространстве за последние пару лет периода так называемой «второй волны демократизации все более возрастает, что . обусловлено и тем, что за редким исключением (Молдова), все они заканчиваются «цветными» революциями. Еще больший интерес вызывают выборы в de facto независимых государствах, проходящих в условиях их  de jure непризнанности и неурегулированности конфликтов.

За парламентскими выборами 19 июня 2005 в Нагорно-Карабахской Республике следило более ста тридцати наблюдателей из США, России, Великобритании, Ирана, Израиля, Греции, Сербии и Черногории, Хорватии, Чехии, Нидерландов, Франции, Армении, а также непризнанных Приднестровья, Южной Осетии и Абхазии).

Революция в НКР не прогнозировалась; при всей оппозиционности ряда партий и отдельных кандидатов и их несдержанности в риторике, цели свержения власти никто не ставил.

Если ряд обозревателей и предполагал определенный успех оппозиции, то вполне легитимный  –  в ходе выборов.  Вопреки прогнозам многих экспертов, оппозиционный блок «Движение-88»-«Дашнакцутюн», добившийся определенного успеха на состоявшихся в прошлом году выборах в местные органы управления (так, лидер оппозиционного «Движения-88» Э. Агабекян победил в борьбе за кресло мэра столицы НКР г. Степанакерта), проиграл парламентские выборы, проведя в Национальное Собрание, состоящее из 33 депутатов, только трех представителей по партийным спискам.

Определенную особенность выборам придавало, во-первых, то обстоятельство, что в Армении партия Дашнакцутюн входит в правящую коалицию, а в НКР она находится в довольно жесткой оппозиции власти, во-вторых, люди голосовали не столько за партии (партийная система в республике только складывается, чему, несомненно, будет способствовать и ввод пропорциональной системы, хотя конечно ДПА, АРФД, Коммунистическая партия НКР имеют свой устойчивый электорат), сколько за личности.

Необходимо отметить, что лозунги оппозициимогли бы увлечь за собой определенную часть электората, однако при упоре на социальные проблемы.

Однако предварительный анализ показывает, что причина поражения оппозиции не в чрезмерном использовании властями административного ресурса, отсутствии прозрачности выборов, на что обязательно обратили бы внимание международные наблюдатели. Дело скорее в переоценке оппозицией собственных сил, в сосредоточении исключительно на негативе и уверенности, что альянс двух разных по воззрениям сил – правого либерального  «Движения – 88» и левой АРФД, единственная стыковка которых  неприятие руководства НКР, может и дальше принести успех. В конечном итоге, негативный настрой, апеллирование исключительно к протестному электорату, численность которого оказалась не такой, как предполагала оппозиция, сказались на том, что часть этой категории голосов перешла к другим партиям.

Для дополнения общей картины приведу лозунги других партий. Партия «За нравственное возрождение» напоминала избирателям о лимите времени, имея в виду, что НКР должна двигаться более быстрыми темпами, чем республики СНГ, и что НКР необходима «революция сверху». В привычном для себя стиле выступила и Компартия НКР, критикуя власть за чрезмерную раздутость чиновничьего аппарата и использование «политической незрелости» избирателей. Партия “Социальная справедливость” (лидер – известный деятель неправительственного сектора НКР  Карен Оганджанян), объявила приоритетом «человека, справедливость, добро, любовь и нравственность”.

Во внешней политике ни среди партий, ни среди «мажоритариев», взгляды оппозиции и провластных кандидатов друг от друга принципиально не отличались – основные лозунги: возвращение НКР за стол переговоров, курс на достижение международного признания республики.

Пристальное внимание к парламентским выборам в НКР проявили и политические и общественные организации Армении.  Практически все партии послали в НКР своих наблюдателей, которые вне зависимости от своих политических пристрастий и своих межпартийных отношений в Армении, высказали свою позитивную оценку качеству проведения и ходу голосования. К примеру, один из ярких представителей оппозиции Армении Аршак Садоян отметил, что в Карабахе  «витал дух свободы»  и властям Армении нужно брать пример». Лидер  Союза социалистических сил Армении Ашот Манучарян отметив, что выборы в Карабахе прошли по западным стандартам, заявил, что однако и там начинают превалировать материальные ценности. Практически все армянские наблюдатели и их коллеги из СНГ отмечали, что некоторые негативные процессы в ходе президентских и парламентских выборов 2004 года в Армении,  вызвавшие ряд нареканий и споров, не «заразили» Карабах. Вместе с тем, проводя параллели между выборами Армении и НКР, можно отметить прямое участие в парламентских выборах бизнесменов, голосование не столько за партии и идеи, сколько за конкретных людей и деятелей, то есть достаточно высока персонификация политики.

Победу же на выборах одержали проправительственая «Демократическая Партия Арцаха» (лидер А.Гулян, бывший министр иностранных дел НКР, избранный новым спикером НС НКР) и правоцентристская «Свободная Родина» выступающая за создание единой экономической зоны с Арменией», объединившая как бизнесменов, так и интеллигенции (лидер – Рудик Юснунц, стал вице-спикером).

Сами парламентские выборы – уже четвертые с момента провозглашения НКР в 1991 году, проводились по новому, недавно принятому Избирательному Кодексу. Впервые  депутаты избирались по мажоритарной и пропорциональной системам, что позволило различным партиям, движениям и блокам вступить в спор за 11 отведенных для партий мест из 33 в парламенте. Необходимо отметить, что среди кандидатов, баллотирующихся по мажоритарной системе также были представители партий.   Значительные изменения по сравнению с предыдущими выборами, произошли и в порядке формирования избирательных комиссий, что способствовало недопущению использования административного ресурса со стороны исполнительной власти. Кстати, свою немаловажную роль в прозрачности выборов сыграли и впервые использованные в процессе голосования прозрачные урны.

Важным аспектом любых выборов на постсоветском пространстве является участие в выборах военнослужащих, и практически все наблюдательские миссии отмечают нарушения при голосовании и манипуляции с голосами военнослужащих. НКР, где по понятным причинам, большая доля населения имеет отношение к армии (непосредственно служит либо работает в сферах, обеспечивающих жизнедеятельность армии) удалось избежать наиболее типичных нарушений для этой категории избирателей, к тому же военнослужащие имели право голосовать лишь по мажоритарной системе, что также положительно сказалось на справедливости выборов,  что особенно отметили в своих отчетах зарубежные наблюдатели.

Важно отметить, что в отличие от прошлых выборов, международные структуры никак не прореагировали на факт проведения парламентских выборов в НКР, что можно рассматривать и как понимание того, что нельзя отказывать народам непризнанных государств, и конкретно Нагорного Карабаха, в праве демократического устройства своей жизни, в выборе свих «избранных представителей» (как это указано в документах ОБСЕ), но и как молчаливое согласие содействовать построению демократии.

По словам международных наблюдателей,  среди которых среди них были  бывшие (и не только) дипломаты, депутаты, политики и чиновники, правозащитники и узкие специалисты выборного процесса с практическим опытом работы наблюдения за выборами в самых разных точках земного шара, выборы в НКР состоялись, они соответствовали местному законодательству, а также международным стандартам, а отдельные (технические) недочеты (к примеру, неточности в списках избирателей), не повлияли на исход выборов.

В заявлении российских наблюдателей,  подтверждающих, что «очевидные демократические достижения в НКР» и  что выборы «продемонстрировали динамичное развитие гражданского общества в Нагорном Карабахе», в частности, сказано, что «состоявшиеся выборы – это еще один шаг к мирному и цивилизованному урегулированию Нагорно-Карабахского конфликта». Данное обстоятельство подчеркнули и их американские коллеги из Общественной группы  международного права и политики, состоявшей из опытных дипломатов и политологов. Среди прочего, в своем предварительном отчете они отметили и прогресс в осуществлении властями Нагорного Карабаха контроля над военными, и ввод пропорциональной системы голосования и возможности политическим партиям участвовать  в выборах как основной шаг на пути  к демократии и подтвердили спокойную обстановку и отсутствие фактов какого-либо запугивания, что дало основание считать выборы честными и прозрачными. Американские наблюдатели подчеркнули, что выборы показали «способность Нагорного Карабаха создать достаточно эффективную систему управления, что является залогом реализации права на самоопределение». По словам  сопредседателя группы Дж. Хуппера, «НКР – это маленькое государство с большим демократическим будущим». Представитель Британской Хельсинской группы по правам человека Марка Алмонд, заявил, что он стал свидетелем  полноценного избирательного процесса, который многим признанным государствам следовало бы взять в пример». По мнению депутата Государственной Думы РФ, директора Института стран СНГ Константина Затулина, в мире существует мода третировать непризнанные государства, обвиняя эти государства в отсутствии государственности, что в свою очередь, по словам депутата, часто приводит к тому, что власти в этих государствах скатываются к авторитаризму. «В случае с Карабахом, – сказал К. Затулин, – стандарты демократии гораздо выше, чем в оппонирующем ему государстве».

Вполне закономерно, что реакция Азербайджана, которому предстоит в ноябре 2005 года пройти «сквозь выборы», была подчеркнуто негативной. Разящий контраст в уровне демократизации обществ двух сторон неурегулированного конфликта между НКР и Азербайджаном (индекс демократии) является не только фактором в подкрепление ко многим юридическим аргументам в пользу признания НКР де юре, но и  очевидным свидетельством того, что притязания Азербайджана на Нагорный Карабах уже начинают ставиться под сомнение мировым сообществом.

Успех дальнейшей демократизации общественной жизни НКР будет зависеть не только от того, насколько трезво оценят свой успех на парламентских выборах победившие партии и власть, но и от не менее трезвого анализа проигрыша оппозиции и отдельных кандидатов. Во всяком случае, нагнетание внутриполитической напряженности, раскол общества – это губительный путь для общества и республики в условиях, пока конфликт с Азербайджаном не урегулирован, и когда перемирие поддерживается лишь на балансе сил, а не на основе всеобъемлющего мирного соглашения. Это отлично осознают все участники не только выборного, но и всего внутриполитического процесса.

Парламентское измерение – может стать одной из перспективных составных мирного процесса. Об этом направлении все чаще говорят в международных структурах, заинтересованных в урегулировании конфликтов на Южном Кавказе, установления доверия между конфликтующими  сторонами, региональной стабильности и интеграции.  А то обстоятельство, что в парламенте – пропрезидентское большинство, важно не только потому, что исполнительная власть получила возможность и мандат доверия на дальнейшее проведение своего внутриполитического курса с  подкреплением соответствующей законодательной базы (Председатель Правительства НКР назвал выборы своеобразным «социологически опросом на доверие»), но и в консолидированном реагировании на перипетии переговорного процесса, находящимся под все более пристальным вниманием различных авторитетных международных структур.


28 июля 2005 года